[ Назад к списку ]
2012 №Пока не поздно: необходимые меры

CОДЕРЖАНИЕ НОМЕРА:


1. Постановка задачи

Проблема Кавказа носит глобальный характер, затрагивая далеко не только этот регион, но и государство в целом. Криминал, терроризм, бытовое насилие и межнациональная рознь — всё это переплетено в «кавказском узле». И дело здесь вовсе не в экстремистах (с российской или кавказской стороны), разжигающих на пустом месте какую-то «рознь». Корень проблем — несовершенство государственной политики, тотальная коррупция, бездействие и неадекватная реакция властей, искажение информации в СМИ, правовой нигилизм.

Какие меры следует принять для исправления ситуации? Сегодня кавказский вопрос назрел настолько, что многие граждане готовы поддержать немедленное отделение Северного Кавказа от России на любых условиях, видя в нем лишь дотационную «чёрную дыру», рассадник криминала и терроризма.

Эти настроения можно понять. Однако «рубка с плеча» в этом вопросе ни к чему хорошему не приведёт, проблему надо решать в корне. Нельзя делать ставку лишь на изоляционизм и запретительные меры — в стратегической перспективе это всегда проигрышно. Нельзя пренебрегать и внешнеполитическим фактором. Нужна взвешенная и ответственная программа, с учетом долгосрочных национальных интересов, объективных реалий и возможных последствий.

Выдвигая данную программу, мы прежде всего исходим из интересов русского народа и всех коренных народов России. Мы хотим строить динамично развивающееся общество, с гарантированными гражданскими правами, развитым самоуправлением, возможностями для самореализации личности, при сохранении национальных культур и самобытности всех народов. И здесь ключевой вопрос, в конечном счёте — это русский вопрос. «Будет хорошо русским — будет хорошо всем» — для сегодняшней РФ этот лозунг актуален как никогда.

Это относится и к Кавказу. Один из критериев решения кавказской проблемы — прекращение оттока русских, возможность для русских на Северном Кавказе строить нормальную жизнь в едином правовом, экономическом и культурно-ценностном пространстве. Мы хотим видеть Северный Кавказ благополучным, развивающимся регионом.

2. Цели и задачи

Суть предлагаемых мер проста: приведение всех сторон общественной жизни как на Северном Кавказе, так и в других регионах в соответствие с единым законом, перед которым равны все граждане страны.

Это подразумевает решительный и бесповоротный отказ от практики «покупки лояльности» и бесконечного задабривания и удовлетворения растущих клановых «аппетитов». Необходима, с одной стороны, решительная борьба с этнической организованной преступностью, жёсткие антикоррупционные меры. С другой — ликвидация этнократических «заповедников», живущих по своим порядкам за счёт наших налогов. Важнейший фактор, напрямую влияющий на настроение общества, — информационная политика. Здесь необходим поворот от навязываемых нашему обществу «толерантности» и «мультикультурности» к традиционным русским ценностям. Неприятие лозунга «Россия — для русских» нынешними элитами означает «Россия — не для русских». По сути, это открытая русофобия, которыя не может более оставаться основой государственной политики. С ней необходимо покончить. Смена курса должна быть отчётливо заявлена и воспринята на всех уровнях.

Следует также иметь в виду: проблема Кавказа затрагивает фундаментальные принципы организации государства, и одними административно-полицейскими мерами решить её невозможно.

Поэтому программа состоит из двух частей: «оперативной» (срок реализации — до 1 года, без институциональных реформ и радикального пересмотра подходов) и стратегической.

Можно не сомневаться, что многие из предложенных мер в случае их реализации вызовут серьёзное сопротивление со стороны коррумпированных чиновников и этнократических элит. Последние легко могут пойти на дестабилизацию обстановки и традиционный шантаж с целью удержания выгодного им «статус-кво». В этой ситуации необходимо проявить железную политическую волю, не отступать, но планомерно проводить в жизнь намеченные меры. Половинчатый подход не даст результатов.

3. Оперативные и стратегические меры

3.1. Оперативные меры

3.1.1. Охрана правопорядка на территории СКФО — ЮФО

• Введение «особого положения» (при усугублении обстановки — прямого президентского правления) в районах с напряжённой этно-

криминальной обстановкой: юг и восток Ставропольского края, Киз-лярский и Тарумоский р-ны Дагестана, Моздокский и Пригородный р-ны РСО-А, Прохладненский и Майский р-ны КБР.

• Введение там института «чрезвычайных полномочных комиссаров», подчиняющихся непосредственно СКФО или Москве.

• Введение «особого режима» на продажу и покупку домовладений в данных районах.

3.1.2. Административная и кадровая политика

• Возвращение Ставропольского края в Южный федеральный округ.

• Отставка Хлопонина, замена его на более жёсткую фигуру, с реальным аппаратом, большими полномочиями и поддержкой федерального центра.

• Контроль расходования бюджетных средств, серьёзные санкции в случае нарушений.

• Обновление руководства северокавказских республик и муниципальных образований. Приоритет — образование и заслуги перед страной, а не «сильные клановые позиции».

3.1.3. Образование и молодёжная политика

• Упразднение незаконных «этнических квот», развитие высшего образования на территории СКФО.

• Целевая финансовая поддержка (государственный грант на обучение) специалистам, остающимся работать в регионе Северного Кавказа.

• Переаттестация преподавательского состава северокавказских учебных заведений. В случае, если результаты данной проверки окажутся неудовлетворительными — разработка признания документов о получении образования, выданных на Северном Кавказе.

• Создание «Общекавказского университета дружбы народов» на базе имеющихся вузов региона.

3.1.4. Налогообложение

• Пересмотр фискальной политики в отношении республик Северного Кавказа с целью обеспечения распределения налоговой нагрузки на юридических и физических лиц в этом регионе на общероссийских условиях.

• Прекращение послаблений в этом вопросе, ликвидация заниженных ставок налогов (например, транспортного), пресечение существующих возможностей уклонения от уплаты налогов, которыми пользуется «кавказский» бизнес.

3.1.5. Миграционная политика

• Формирование на открытой основе запросов регионов на привлечение рабочей силы.

• Создание, с участием представителей общественности, правоохранительных органов, работодателей и администраций региональных общественных комиссий по трудовым отношениям и миграции, в полномочия которых входило бы формирование запросов на рабочую силу. Работа комиссий должна находиться под общественным контролем — в частности, результаты работы комиссий должны быть доступны публике.

• Немедленный и публичный отказ от волюнтаристских «переселенческих проектов» Хлопонина.

3.1.6. Бюджетная политика

• Пересмотр дотационной политики федерального центра.

• Аудит расходования бюджетных средств, ужесточение ответственности за их нецелевое использование.

• Переход к кредитованию регионов вместо безвозмездных дотаций.

3.1.7. Социальная политика, льготы

• Отмена необоснованных социальных льгот в области образования, здравоохранения, жилищно-коммунальной сферы, пенсионного и других видов социального страхования, демографии, миграции, трудовых ресурсов, занятости.

• Перевод части льгот в заработную плату и переориентация системы социальной защиты на поддержку наиболее нуждающихся регионов.

• Отказ от принятия специального закона «О туристическом кластере "Курорты Северного Кавказа"», согласно которому на 10 лет будут отменены (обнулены) все налоги для участников проекта, кроме НДС.

3.1.8. Регистрация граждан

• Замена института прописки на практику предоставления вида на жительство в регионе.

3.1.9. Демографическая политика

• Признать уместными меры по увеличению рождаемости именно в тех регионах, где демографическая ситуация неблагоприятна.

• Поставить размер и порядок выплаты материнского капитала в зависимость от демографической ситуации в регионе.

• Разработать программу поощрения демографически ответственной политики на Кавказе.

3.1.10. Кадровая политика в силовых структурах

• Учёт национального фактора при формировании личного состава силовых структур.

• Практическое применение статьи 29 Закона о полиции «Ограничения, обязанности и запреты, связанные со службой в полиции»,

запрещающей принимать на службу амнистированных боевиков, а также граждан, в отношении которых были возбуждены уголовные дела, прекращённые затем по примирению сторон.

3.1.11. Судебное производство, отбытие наказания

• Режим «нулевой толерантности» по отношению к выходцам из СКФО: любое правонарушение наказывается немедленно и в соответствии с законом. Попытки «выкупа» или оказания давления должны фиксироваться, взяткодатели и оказывающие давление лица — подвергаться уголовному преследованию.

• Пересмотр «знаковых» уголовных дел, «замятых» и «разваленных» правоохранителями национальных республик.

• Огласка в СМИ результатов этих уголовных дел.

• Пресечение практики отбывания наказания «на родине» как коррупционной и криминогенной. Внедрение принципа отбытия наказания по месту совершения преступления.

• Переориентация работы отделов «Э» на этническую преступность.

3.1.12. Информационная политика

• Признание на общегосударственном уровне проблемы этнической преступности как угрозы национальной безопасности России.

• Освещение правоохранительной деятельности в этом направлении и судебных процессов в центральных и местных СМИ.

• Признание проблемы насилия и неэтичного поведения части кавказской молодёжи со стороны кавказских общественных деятелей и лидеров общественного мнения.

3.1.13. Информационно-аналитическая работа. Участие международных организаций

• Создание эффективных научных структур анализа и мониторинга ситуации.

• Создание и поддержка экспертного сообщества по всему комплексу проблем.

• Составление списка международных гуманитарных организаций, допущенных к работе в Кавказском регионе.

3.2. Стратегические меры

Комплекс предлагаемых стратегических мер, как таковой, не привязан только к кавказской проблеме. Мы считаем, что залог её решения в долгосрочной перспективе — это не столько специфическая «кавказская» политика, сколько оздоровление нации и государства в целом.

3.2.1. Идеология, культура и ценности

3.2.1.1. Должен быть обозначен и осуществлён решительный отказ от «мультикультурности». Необходимо официальное признание очевидных фактов: в России есть государствообразующий народ — русские, российская культура основана на русской культуре и русском языке. Россия — страна русского народа. Вклад других народов в строительство Российского государства должен быть в полной мере признан, а их права — гарантированы. Но это признание и эти гарантии не должны умалять права русских или ставить под сомнение положение русских в России. Все мы — равноправные граждане единой страны.

3.2.1.2. Эти постулаты должны быть закреплены в Конституции для того, чтобы обеспечить преемственность с исторической Россией. Гражданская нация, общегосударственная идентичность могут формироваться только на прочном историческом базисе. Попытки выстроить это вопреки или вместо русской этнической идентичности — несостоятельны.

Необходима также «русская модернизация» — переосмысление и развитие русских и российских ценностей, заполнение ценностного и правового вакуума, развитие всех аспектов русской культуры как основной для нашего государства. Это сделает возможным в том числе и окультуривание национальных элит в рамках русских европейских ценностей, что жизненно необходимо для создания в России единого правового пространства.

3.2.1.3. Необходимо подтвердить приверженность светскому характеру государства — религиозные догмы нигде не должны быть выше закона.

3.2.2.Территориальное устройство

3.2.2.1. Отказываясь от наследия «ленинской национальной политики», необходимо устранить асимметрию в территориальном устройстве: сегодня национальные республики в России «статуснее» и влиятельнее, чем населённые русскими края и области. Статус регионов необходимо уравнять. Современный европейский подход, регионализация — должны быть положены в основу территориального устройства нашей страны.

3.2.2.2. Необходимо срочное решение вопроса с русскими районами в составе северокавказских республик, пограничными с Краснодарским и Ставропольским краями. Отсутствие у русских, исторически компактно проживающих в данных районах, своего правового статуса видится анахронизмом, пережитком времён ленинской национальной политики. Как минимум, русские анклавы в составе северокавказских республик должны получить статус русских автономных округов. Как максимум, они должны быть выведены из состава данных республик и возвращены в состав Краснодарского и Ставропольского краёв, к которым принадлежат исторически и с которыми непосредственно граничат. Помимо прочего, данный сценарий позволит облегчить решение северокавказской проблемы, так как в данном случае уменьшается как площадь проблемного региона, так и численность его населения, что позволит проводить более адресную политику.

3.2.2.3. В области бюджетной политики необходим переход к целевому кредитованию регионов федеральным центром вместо безвозмездного дотирования.

3.2.3. Миграционная политика

3.2.3.1. Смена приоритетов должна коснуться и иммиграционной политики. Она должна исходить из долгосрочных интересов коренного населения, а не из сиюминутной экономической выгоды ряда хозяйствующих субъектов.

3.2.3.2. Необходим отказ от практики массовой «замещающей» миграции без учета долгосрочных этнодемографических и культурных факторов. Борьба с нелегальной иммиграцией должна быть выведена на новый уровень. «Терпимость» к нарушителям иммиграционного законодательства так же антиобщественна, как, скажем, терпимость к нарушителям правил дорожного движения.

3.2.3.3. Необходима нормализация межрегионального трудового обмена, в частности — предоставление вида на жительство в регионе вместо прописки.

3.2.3.4. Следует отказаться от попыток интегрировать мигрантов в российское общество — что приводит только к искажению и уродованию национально-культурной идентичности как «принимающей» стороны, так и «принимаемой». И мигранты, и коренные жители должны оставаться собой, их сосуществование не должно превращаться в неразрешимую проблему. Имеет смысл ориентироваться на практики арабских стран Персидского залива, предполагающие сегрегацию для трудовых мигрантов, соблюдение принципов «работа — общежитие — работа» и «отработал — домой».

3.2.4. Борьба с коррупцией

Сегодня становится очевидно, что коррупция в России является фундаментальным принципом в рамках действующей системы власти. Антикоррупционная риторика Д. Медведева оказалась чисто декларативной и до сих пор не привела к сколько-нибудь заметным изменениям.

Для нас очевидно, что борьба с коррупцией не может быть «бескровной». Нужны реальные репрессии против реальных коррупционеров. Нужны показательные процессы на всех уровнях: от начальников ДЭЗов до губернаторов.

Антикоррупционное законодательство необходимо ужесточить, добиться прозрачности конкурсов, создания реальной конкурентной среды, общественного контроля над расходованием бюджетных средств.

3.2.5. Демография

3.2.5.1. Необходимо введение «принципа репродуктивной ответственности»: демографическая политика должна быть дифференцированной и сбалансированной, учитывать как проблему убыли населения, особенно в индустриально развитых регионах, так и проблему высокой рождаемости в неблагополучных регионах.

3.2.5.2. Поддержка рождаемости должна касаться прежде всего регионов, испытывающих проблемы с воспроизводством населения. Это относится не только к «материнскому капиталу», но и ко всему комплексу социальных выплат и льгот, в том числе предоставлению льготного жилья молодым семьям.

3.2.5.3. Необходима разработка и реализация государственной программы ипотечного кредитования с плавающей процентной ставкой, зависящей от уровня рождаемости в регионе.

ЗА КРАСНОЙ ЧЕРТОЙ. НЕГАТИВНЫЕ СЦЕНАРИИ

В сложившейся ситуации трудно быть оптимистом. Вопросы коррупции и национальной политики, ключевые для рассматриваемой проблемы, не подают, увы, практически никаких признаков продвижения к лучшему. Поэтому мы обязаны рассмотреть сценарии развития событий в случае непринятия (или несрабатывания) мер по приведению Северного Кавказа в единое правовое поле России.

Равновесие, основанное на политике задабривания кавказских элит и покупки их показной лояльности, не является устойчивым; кроме того, связанные с этим негативные моменты постоянно усугубляются. Любое заметное возмущение в политической, социальной, экономической сфере может привести к взрыву, причём «сдетониро-вать» может не только Кавказ, но и вся страна.

Ниже мы приводим несколько вариантов развития ситуации. Мы ни в коей мере не призываем к осуществлению какого-либо из них. Наша цель — предупредить граждан и правительство о тех угрозах, которые несёт игнорирование проблемы Кавказа.

Перед тем как перейти к рассмотрению сценариев, следует сделать три отступления.

Геополитический аспект

Северный Кавказ был и остаётся одним из важнейших глобальных «нервных узлов», в котором сходятся силовые линии интересов различных государств. Сценарий, при котором в ходе тех или иных событий российский Кавказ перестанет более быть российским, является самым неудачным, причём как для России, так и для мирового сообщества в целом.

Учитывая относительно недавний исторический опыт существования «независимой Ичкерии», новые самостоятельные территориальные образования пополнят и без того длинный список несостоятельных государств (Failed States), став новой «чёрной дырой» для международной гуманитарной помощи, полигоном незатухающих кровавых межэтнических конфликтов, гнездом торговцев оружием и людьми, центрами наркоторговли, плацдармом экспансионистского антизападного исламизма. Пример Афганистана, превращённого Талибаном и Аль-Каидой в один большой тренировочный лагерь исламских террористов, красноречиво говорит нам о том, чем заполняется вакуум силы в условиях хаоса. Учитывая все тенденции, это как никогда актуально и для Северного Кавказа.

Роль ТНК

Проблема Северного Кавказа тесно увязана с интересами транснациональных корпораций (ТНК) и условиями раздела ресурсов Каспия.

В экспертном сообществе стало уже общим местом утверждение о главенствующей роли его нефтяных запасов в международной экспансии на южные границы России. Контроль над добычей и транзитом нефти является ключевым вопросом политики на Кавказе. Очевидно наличие двух конкурирующих — и взаимоисключающих — проектов: либо транзит нефти через Россию, либо маршрут Баку-Джейхан.

Соответственно, для обеспечения благоприятных условий — для создания сложностей при реализации северного маршрута, ТНК стремятся к реализации политики «управляемого хаоса» на Северном Кавказе, при котором в национальных автономиях создавался бы «серый режим»: частичный вывод их из-под правоприменительной юрисдикции РФ при перекладывании на Москву всей полноты бюджетного бремени по содержанию «республик». При этом «серый режим» обеспечивает размывание границ конфликта, обеспечивает его перенос с Кавказа на соседние регионы России, прежде всего — на Краснодарский и Ставропольский края.

Этнополитичексий аспект

Нужно хорошо понимать, что Северный Кавказ не един прежде всего в этническом плане. Населяющие его народы находятся в непростых, подчас конфликтных отношениях друг с другом. Не одинаково и их отношение к исторической России и русским.

Пример различия — балкарцы и их соседи кабардинцы, ещё в XVI веке добровольно вошедшие в состав России. В Карачаево-Черкесии существенная доля русских является балансиром, буфером между карачаевцами и черкесами. Иная ситуация в Осетии: осетины имеют острые конфликты с соседями — грузинами и ингушами. В Дагестане расселено двадцать с лишним только крупных народов, у которых между собой исторические и конфессиональные противоречия, проецирующиеся на пересечение интересов клановых элит.

При реализации негативных сценариев на Кавказе, очевидно, потребуется дифференцированная политика. Полный и окончательный уход России из региона будет означать перманентную войну и окончательное сползание в средневековье.

Сценарий первый: особый статус Кавказа и перспектива реинтеграции

В ситуации, когда государство по тем или иным причинам не может обеспечить единство правового режима на всей своей территории, единственным выходом является создание в некоторых регионах особого режима управления. Его цель — изоляция региона при сохранении необходимого минимума контроля над ним с целью предотвращения угроз для мира и безопасности страны в целом. Исторический опыт указывает на многообразие форм подобных особых режимов — начиная от объявления военного (осадного) положения в регионе и кончая созданием на месте региона независимого или квазинезависимого государства (политика бантустанизации в ЮАР и ЮЗА, практика резерваций). Условия Кавказа и характер русско-кавказских конфликтов могут потребовать подобных мер и от России. Изоляция кавказских регионов и установление в них особого режима поможет сгладить напряжённость, смягчить наиболее острые проблемы и подготовить почву для более глубоких преобразований.

Особый режим для Кавказа должен сочетать в себе элементы чрезвычайного положения, политики резерватов, а также глубокой и всесторонней реконструкции российского Кавказа, которая является необходимым условием его реинтеграции.

Чрезвычайное положение на территории большинства кавказских республик должно быть введено указом Президента РФ. Основанием является террористические акты и партизанская война («обстоятельства, которые представляют собой непосредственную угрозу жизни и безопасности граждан или конституционному строю Российской Федерации и устранение которых невозможно без применения чрезвычайных мер» — см. Федеральный конституционный закон от 30 мая 2001 г. № 3-ФКЗ «О чрезвычайном положении», ст. 3). ЧП должно быть постоянно продляемым, на основании того, что угроза не ликвидирована. В дальнейшем необходимо правовое оформление режима постоянного чрезвычайного положения на территории кавказских республик12.

Сразу после введения военного положения Вооружённые силы РФ должны приступить к выполнению задач, указанных в ст. 17 п. 2 указанного Закона. Особенно важно обеспечить поддержание особого режима въезда на территорию, на которой введено чрезвычайное положение, и выезда с нее. Органы законодательной и исполнительной власти на данных территориях прекращают работу. Для управления территориями, на которых введено чрезвычайное положение, должен быть создан единый федеральный орган управления (согласно ст. 25 указанного закона), опирающийся на систему военных комендатур. Для контроля над системой судебной власти создаётся межрегиональная прокуратура. В дальнейшем указом Президента создаются постоянные органы особого управления территориями. Все финансовые потоки, идущие из России, должны идти через федеральный орган управления и комендатуры. Они должны направляться прежде всего на обеспечение армии и финансирование договороспособной части кавказского общества. Население должно получить экономическую самостоятельность и заняться самообеспечением. При этом задачи федеральных сил должны ограничиваться поддержанием мира и недопущением миграции населения в русские области. Все остальные вопросы должны решать сами кавказцы. Так, должны быть как можно скорее созданы органы местного самоуправления, сформированные по этническому принципу и готовые взять на себя ответственность за мирную жизнь на контролируемых ими территориях. При этом они должны иметь полную свободу устанавливать любые порядки (включая, скажем, «шариатское правление»), вне зависимости от законов РФ.

Особое внимание придётся уделить правовому и идеологическому обеспечению указанных мер. Необходимо донести до сознания как самих кавказцев, так и населения России, а также мирового общественного мнения, что целью объявления чрезвычайного положения не является «покорение Кавказа». Напротив, эти меры предприняты во имя прекращения российско-кавказского конфликта и имеют целью обустройство Кавказа по его собственным правилам и законам, в том числе — в вопросе о пребывании в составе России. Следует в частности заявить, что в течение пяти лет с момента объявления чрезвычайного положения в России и республиках состоится референдум о государственном суверенитете кавказских республик. На этом основании — поскольку неизвестно, будут ли жители тех или иных республик гражданами России в близком будущем — необходим пересмотр правового положения этих граждан в России. В частности, документы, удостоверяющие личность, выписанные на территории Кавказа, автоматически теряют силу и подлежат обмену. Вместо них выдаются паспорта особого образца, удостоверяющие республиканское гражданство. Это должно коснуться не только жителей Кавказа, но и кавказцев, проживающих в российских регионах. Политику по отношению к обладателям паспортов особого образца должны определять сами регионы. Так, желательно введение института регионального вида на жительство, который позволил бы регионам решать, хотят ли они принимать на своей территории выходцев из особых регионов. Через пять лет перед народами России и Кавказа должен быть поставлен выбор: суверенитет или реконструкция.

Последняя должна включать в себя целый ряд мер, в том числе меры по прекращению кавказского демографического взрыва и переходу к демографически ответственной политике снижения рождаемости, внедрению норм цивилизованного (то есть светского) образа жизни, созданию системы демократических институтов, обеспечению прав человека и т. д. Целью всех этих мер должно стать максимальное приближение соответствующих территорий к нормам жизни России. При этом на протяжении всего реконструктивного периода жители соответствующих регионов остаются на особом положении.

Что касается республик, избравших суверенитет самостоятельно или по воле народа России, они должны его получить. Разумеется, это возможно только после переходного периода, во время которого должны быть урегулированы все имущественные и правовые вопросы. В частности, должны быть защищены права собственности на материальные ценности, созданные Россией и принадлежащие полноправным российским гражданам.

Сценарий второй: суверенизация Кавказа

Если ситуация на Кавказе дойдёт до той стадии, когда сохранение всего Кавказа в составе России станет невозможным, необходимо

осуществить срочное отделение наиболее проблемных регионов.

При этом ни в коем случае не следует рассматривать весь Кавказ как единое целое, подлежащее «единовременной ампутации». Это тот случай, когда больной орган имеет смысл ампутировать по частям — поскольку оставшаяся часть имеет шансы на выздоровление. Поэтому первое, что необходимо сделать, — это принять меры по изоляции и отделению самого проблемного кавказского региона и источника большей части проблем, то есть Чечни, Ингушетии, возможно — части Дагестана. Данные республики являются основным очагом нестабильности всего региона в целом. Русского населения на данных территориях — кроме севера Дагестана — уже не осталось.

Открытая граница с северокавказскими республиками является основным условием, делающим возможной экспансию терроризма в остальную часть РФ. Подготовка смертников и сборка взрывных устройств в большинстве случаев производятся в северокавказских республиках, а не в русских регионах13.

Установление практически непроницаемой границы с опасным регионом — исполнимая задача. Возможная граница со Ставропольским краем составляет всего 80 километров, и их можно контролировать чисто военными средствами. Создание же на данной территории сильных казачьих поселений, чьи жители вооружены, решит проблему. С другой стороны, безопасность границы могут обеспечить жители Северной Осетии и части Дагестана.

Если пример независимой Чечни окажется вдохновляющим, следует запустить процесс мирной суверенизации Кавказа. При этом ценой обретения суверенитета должны стать соглашения, гарантирующие соблюдение интересов России и российских граждан в этих республиках. Образование правовых, неагрессивных, суверенных государств на Кавказе вполне отвечает национальным интересам России.

Но подобный результат кажется очень маловероятным. Как уже отмечалось, данные территории, скорее всего, станут очагом хаоса, терроризма и перманентной гражданской войны в СевероКавказском регионе. Также не стоит забывать опыт «независимой Ичкерии» в 90-е годы. Именно Чечня тогда была всероссийским центром криминала — работорговли, наркобизнеса, торговли оружием и т. д. При этом данные процессы захватят не только Чечню, Ингушетию и часть Дагестана, но и соседние (в том числе русские) регионы.

В случае провала проекта «третьей независимости» Чечни угроза отсечения от России заставит кавказские элиты умерить свои аппетиты и пойти на ряд компромиссов. Это, в свою очередь, сделает возможным введение политики реконструкции, описанной выше.

Сценарий третий: разрастание конфликта и распад России

Отказ от решения кавказской проблемы и продолжение нынешней политики уступок приведёт к катастрофическим последствиям.

В настоящее время на Кавказе реализуется худший из возможных сценариев: стремительный рост бедного населения на фоне сверхобогащения элит за счёт финансовых средств, получаемых от Кремля. При этом увеличение дотаций только разжигает аппетиты кавказских элит и укрепляет их в сознании собственной исключительности и права «доить» Россию. Что касается стремительно растущего населения, его бедность, в сочетании с растущими запросами, буквально толкает его на антироссийскую агрессию: Россия представляется слабым, но богатым обществом, которое можно и нужно грабить.

Кавказская преступность и криминальный бизнес уже стал бичом всех российских регионов, и можно ожидать его дальнейшего роста. На определённом этапе суверенизации, который наступит очень скоро, кавказским элитам потребуется обладающая фактическим суверенитетом база для совершения набегов на Россию, укрывательства преступников, скупки добычи и так далее. Опыт уже есть: в 90-е годы такую роль играла «суверенная Ичкерия». Скорее всего, таковую роль она сыграет и сейчас.

При этом чеченские элиты не хотят довольствоваться своим «ареалом» и уже сейчас пытаются распространить своё влияние как на весь Кавказ, так и вне его. Ту же цель — максимальную инфильтрацию в Россию с целью её подчинения — ставят себе и другие кавказские элиты.

Первое, к чему это приведёт, — к массовому исходу остатков русского населения с Кавказа, включая население Ставрополья. Отдельные попытки русских остаться на своей земле и защищать свою жизнь и собственность будут подавлены совместными усилиями коррумпированных официальных структур Российского государства (которое сейчас в конфликте русских и кавказцев выступает, как правило, на стороне кавказцев) и вооружённых групп кавказцев. Далее криминальный кавказский террор перекинется на соседние области, а также вглубь территории России, в первую очередь в крупные города, где уже сейчас возникли и растут кавказские анклавы. В данных процессах будут принимать активное участие и представители других некоренных народностей — в первую очередь выходцы из Средней Азии, а также некоторые некавказские этносы в своих регионах.

Ситуация одновременного начала нескольких конфликтов внутри России параллельно с активизацией «горячих точек» на Кавказе может привести к параличу властной вертикали, потере авторитета центра. Ситуация будет решаться уже не на федеральном, а на местном уровне, и везде по-разному. Общая дестабилизация станет критической для жёсткой политической системы РФ. В таких условиях крупные межэтнические столкновения — дело времени. Скорее всего, они начнутся на наименее контролируемых федеральной властью территориях.

На этот раз за «единую и неделимую» не будет сражаться никто, включая русских, которые уже сейчас близки к полному разочарованию в государстве как таковом. Региональные элиты начнут конкуренцию за наиболее выгодные варианты внешнего управления. Это приведёт к усилению хаоса и углублению кризиса в регионах.

Исход этих процессов предугадать нетрудно. Россия полностью потеряет суверенитет и прекратит существовать как целостное государство.